Система Orphus
Увидели ошибку-опечатку? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter. Спасибо за помощь сайту!

Возврат на главную

Подпишитесь

Можно подписаться на новости "Слова". Поклон каждому, кто разделяет позицию сайта. RSS

Страницы сайта

Свежие комментарии

Эхо войны

Вот ничего я не понял. Ну, ладно – насчёт «ничего» погорячился. Но всё же: из какой страны эта эпопея? Это Аркадий чудесно невнятен в силу своего физического состояния, или это у меня поломалась понималка в силу моего собственного физического состояния, которое (отдельно от войны) тоже так себе?


Аркадий Бабченко

Я уже было решил, что это старость. Что, думаю, за черт. Пробегу триста метров — и уже подыхаю. На второй этаж поднимусь — и все. Полчаса дышать надо. Уже и на ЗОЖ грешил, и на диету. Ничего не помогает.

Оказалось, эхо войны. Открылось старое кровотечение.

И ведь потерял-то крови всего ничего — ну, литр, наверное. Ну, может, полтора. Не за один раз, за пару недель.

А — бум. И привет семье.

Цвета стал — ну, если кто дохлого Ленина видел, то вот такого примерно. Желто-восково-белого. У меня дедушка такого цвета был после смерти. Эта картина у меня в мозгу запечатлелась хорошо.

Пока лежишь — еще норм. Но только встанешь, два шага пройдешь — все, умер.

В какой-то момент пропало зрение. Причем, все стало не черным, никакого темного туннеля со светом в конце, ровно наоборот — белым. Как на сильно засвеченной фотографии. Вот реально — всё пересевеченное, ярко-белое, другие цвета пропали, и на фоне этого сияния пытаешься угадать отдельные предметы. И дышать нечем. Как будто вырезали пол-легкого и оставили на Эвересте. И давление девяносто на сорок пять.

Я думаю, что я тогда был в полушаге, чтобы кони не двинуть.

Примерно представляю, в общем, как умирают от кровопотери.

Железистая анемия называется.

Скорую при симптомах — да вот чего херово мне, слабость и одышка — вызывать как-то стыдно даже. Ни ноги оторванной, ни кишков по стенам. Только людей от работы зря отрывать. К тому же ни документов, ни страховки, ни хрена.

Поехали в больницу сами. Все, как в кино — приемная, люди, талончик, очередь. Но четыре часа не сидели, минут через пятнадцать нас уже вызвали. Так и так, говорим, паспорта нет, полезных ископаемых нет, нихрена нет, сами мы с планеты Шелезяка, чот мне немного херовато, ща сдохну.

Да мы видим, говорят. Видок у вас, надо признать, так себе. У меня дедушка после смерти — да, блин, знаю я про дедушку! Не продолжайте.

Ок, давайте, сейчас проверим вас, будем разбираться.

Да у нас, говорю, страховки нет.

Ничего платить не надо, говорят. Вы здесь на законных основаниях. Значит, это не ваши проблемы, а проблемы нашей миграционной службы.

Каталка, везут, двери головой открывают — ну реально, как в кино.

Только «Мы его теряем!» никто не кричал.

А жаль. Всегда хотел.

Анализы крови были готовы уже через час. Норма гемоглобина у мужчин — от 130 до 170. Я пару лет назад делал анализы — у меня было 142. Критическая норма для начала реанимационных мероприятий — 70. У меня было пятьдесят.

Чувак, а как ты, говорят, ходишь-то до сих пор? Мы тебе уже кровь из банка крови заказали. Вертолет в пути. Ну или курьер на мотоцикле с мигалками, что там. Лежи, долбоебина, и не вставай.

Хе. Хожу… Я уж не стал им рассказывать, что пару дней назад проплыл полкилометра. Ну, херово, да. Ну, не видишь нихрена. Ну, цвета, как дедушка. Но это же не повод.

Это при том, что сегодня мне еще хорошо. По сравнению с тем, что было пару дней назад — да это мне вообще просто офигительно!

Когда зрение пропадало, думаю, у меня гемоглобин вообще был в районе тридцати пяти так примерно. Ну, по ощущениям.

Короче, с таким не живут.

Не, черта с два там.

Обратно не сдох.

Вкачали в меня почти литр крови. Литра четыре какой-то касторки. Засунули эту гастроэндо — как она там — скопию в глотку. Ох, етит твою коляску…. Больше никогда. Лучше блевать портвейном три топора, чем вот это всё. Два раза КТ. ЭКг, фикегэ. Где ж, сука, у тебя эта дырка, бормочут. Откуда ж ты кровоточишь, блядина. Нашли. Все дырявое заштопали. Все ненужное отрезали. Все нужное зашили. Вмазали пять кубов какой-то наркоты по вене.

Все, пиздуй отсюда, говорят. Здоров.

У нас тут долго не лежат. Дорого это.

Что, говорю, просто идти? Ну, да, говорят, просто иди.

Я, как человек, рожденный в СССР и выращенный прапорщиками, раз пять у каждой медсестры и нянечки переспросил — что, просто идти? Полотенца проверять не будете? Может, я стырил ваше вафельное на память. Обходной лист писать. Что там еще.

Слушай, ты достал уже, говорят. Бери свои шмотки и вали отсюда. Ну, если хочешь, зайди вон к той тетеньке, спроси еще у неё.

Захожу к тетеньке. Тетенька распечатывает бумажку и протягивает мне. На бумажке — список проведенного техобслуживания и финальный счет. Под девятьсот евро.

Ну, началось, блин… Кругом набубалово. А говорили, что на халяву.

— Вы хотите оплатить счет? — спрашивает меня тетенька.

Мне это слово «хотите» сразу не понравилось. Определенно, подстава. Но, чисто на автомате — во мне же теперь литр еврейской крови — отвечаю:

— Нет, я конечно, не хочу, вот совсем не хочу, тем более столько, я вообще беженец и нам сказали, что платить ничего не надо будет, но, что уж делать, если уж такие дела…

— Я вас не спрашиваю про это, — перебивает меня тетенька. — Я вас спрашиваю: вы хотите оплатить счет?

— Не хочу, — отвечаю я, совершенно сбитый с толку.

— Тогда, — говорит тетенька, и я понимаю, что сейчас «я вызываю полицию», затем мы едем в депортационную тюрьму, затем суд, хуйли ты сюда приехал, чу@@а нерусская, вали в свою ляндию и весь набор.

— Тогда, — говорит тетенька, — с вас семь с половиной долларов.

Прихожу домой. Открываю дверь. Жена в полном афиге. Какого черта, говорит, я надеялась недели две без тебя отдохнуть, а ты приперся уже через два дня, скотиняка! Да, Олечка? Так и так, говорю. Вылечили. И выгнали. Лежать дорого.

И сколько это нам обошлось? — спрашивает.

Семь с половиной долларов, говорю.

Оба в афиге. Сидим, ждем полицию.

Неа. Никто так и не приехал.

И вот у меня вопрос. Перед отъездом мне в банке предложили страховку. Я сейчас не помню, как контора называется, да мне и плевать, собственно. Государственный банк. Совместная акция со страховой компанией. На год. За пятьсот гривень. В чем подстава, спрашиваю? Ни в чем, все в порядке. А почему так дешево? Ну, вот такие у нас сейчас условия. Точно на год? Точно. Государственный банк. Совместная акция. Ну, ок.

Друзья мои, всегда читайте мелкий шрифт. Всегда.

Оказалось, что страховка да, на год-то, на год, но раз в месяц надо возвращаться в Украину. А если не возвращаться, то через 30 дней она перестает действовать.

Мне говорят, что это стандартное условие, и 90 процентов страховок такие.

Но я все равно не могу понять.

Вот я — лох в этом вопросе. Я так надолго еду в первый раз. Я ничего не знаю про страховки. Я бы в моей ситуации купил любую. За любую сумму. У меня не было варианта.

Но мне почему-то предложили самую дешевую с самыми дурацкими условиями.

Вот почему в чужой стране, которая мне нахрен ничего не должна, которой я не пришей кобыле хвост, ничего для неё не сделал — мне, ну, не скажу, что с радостными улыбками, но сделали все по-человечески.

А в Украине — ну, не скажу тоже, что наебали, но факт остается фактом — в чужой стране в критической ситуации я остался без страховки.

Вот прям родиной, блин, повеяло. Там наебать со страховкой — просто святое дело.

Если бы я продавал медицинские страховки, я бы каждому клиенту по пять раз разжевывал и объяснял бы все условия до последней запятой, и особенно то, что написано мелким шрифтом. Ну, я бы спать просто не мог, думая, что где-то там окочуривается чел, потому, что я его — ну, не то, чтобы наебал, а так, не акцентировал внимание на определенных пунктах.

А для чертовой тучи людей это считается нормальным. Ничего личного, просто бизнес.

Вот почему так?

Всегда читайте мелкий шрифт, братцы.

Всегда.

В рамках проекта «Журналистика без посредников».

Если кто считает, что свою писательскую жизнь я живу не зря, что мои тексты заставили задуматься, пересмотреть какие-то решения, принять их, взглянуть на мир по-новому, засмеяться, заплакать, сопереживать, улучшить свои навыки по критическому восприятию информации или иным способом были полезны, то все как всегда.

Не сдерживайте себя, братцы.

Приват-банк карта номер: 5363 5423 0856 3718
Либо просто кинуть на телефон
МТС: +7 915 237 41 78
Мегафон: +7 926 558 57 89
Карта «Приват» для переводов в евро:
5363 5423 0856 3775

ИсточникФБ Аркадия Бабченко

 

5 Replies to “Эхо войны”

  1. Анатолий Николаевич

    Я с полгода жил с гемоглобином 70, перенес с полдюжины операций под наркозом с пересадкой тканей с бедр на голову. Состояние страшное, в любой момент может наступить кирдык. Все валится на тебя, каждое движение дается с трудом. Приведение в норму было длительным, тяжелым, с применением препаратов и болезненными уколами. Понимаю и сочуствую. Живи долго!

     
    • Модератор2

      Спасибо за информацию. Но из его текста это как-то не следует…

       
      • Виктор

        smile «Мне это слово «хотите» сразу не понравилось. Определенно, подстава. Но, чисто на автомате — во мне же теперь литр еврейской крови»

         

Comments are closed.

Слово

Размер шрифта

Размер шрифта будет меняться только на странице публикации, но не на аннотациях

Рубрики